О проекте

  Новости

  О Крыме


  Памятники

  Народы

  Античный мир

  Варварский мир


  Публикации

  Экспедиции


  Книжный обзор

  Карты


  Партнеры

  Контакты

Гостевая книга


И. А. ЗАВАДСКАЯ
БАПТИСТЕРИИ ХЕРСОНЕСА (к истории крещального обряда в ранневизантийский период).


Исследование баптистериев давно превратилось в отдельное направление в истории древнехристианской архитектуры и литургии. Библиография работ, посвященных этим памятникам, огромна, как огромно и их число. Достаточно упомянуть, что в новейший каталог (1998 г. ) древнехристианских баптистериев, составленный немецким археологом Себастианом Ристовым, вошло 1061 сооружение, среди которых как несомненные, так и предполагаемые крещальни [67, р. 99-330; 40, с. 195]1. Большое разнообразие их архитектурных типов, комплексной структуры, формы и устройства купелей, а также крайне скудные описания баптистериев в письменных источниках значительно затрудняют решение многих вопросов, связанных как с их атрибуцией, так и с реконструкцией крещального обряда, проводимого в каждом конкретном случае. Эти же проблемы встают и перед исследователями баптистериев Херсонеса.

Наиболее раннее из известных в Херсонесе приспособлений для крещения упоминается в Житиях епископов херсонских. Все известные версии этого источника повествуют о сооруженной по приказу епископа Капитона купели, в которой он якобы окрестил всех жителей города [25, с. 62, 72; 26, с. 88]. Рядом с этой купелью тогда же, т. е. в конце IV в. 2, возвели храм во имя апостола Петра. По предположению В. В. Латышева, этому храму мог принадлежать фрагмент стены, обнаруженный в 1901 г. с юга от крещальни Уваровской базилики [25, с. 54-55]. К. К. Косцюшко-Валюжинич считал его частью апсиды базилики, предшествующей постройке крещальни [21. с. 92; 22, с. 48]. Однако, как установил А. Л. Бертье-Делагард, кладка, о которой идет речь, примыкала к стене крещальни, а следовательно, была пристроена к ней позднее [8, с. 79-80]. Таким образом, в настоящее время не известны какие-либо архитектурные остатки, которые можно было бы отождествить с сооружениями епископа Капитона.

Баптистерии, выявленные в ходе археологических раскопок, находились в комплексе с базиликами, сооружение которых относится ко второй половине VI - началу VII в. [16, с. 79-83].

Центральным баптистерием раннесредневекового Херсона являлась крещальня при Уваровской базилике, признаваемой кафедральным храмом города (рис. 1). Здание крещальни имеет триконхиальную композицию с западной прямоугольной частью. Его центральная часть была перекрыта куполом. В центре внутри находится круглый бассейн (рис. 1, II).

Относительно хорошая сохранность архитектурных остатков, по сравнению с другими культовыми сооружениями города, а также уникальность как для самого Херсонеса, так и для всего Крыма, сделали крещальню объектом пристального внимания многих исследователей. Детальное ее описание дано в ряде работ, посвященных Херсонесу [7, с. 41-42; 2, с. 15-24; 8, с. 70-87; 46, с. 208-211]. Особая заслуга в изучении этого памятника принадлежит А. Л. Бертье-Делагарду. Он первый определил его назначение [7, с. 41] и опубликовал план и реконструкцию здания [8, табл. I].

A. Megaw называет центрические здания с расположенной посередине купелью баптистериями константинопольского типа [62, р. 67]. К их числу принадлежит и крещальня при Уваровской базилике. Однако, точных аналогий нашей крещальне, по справедливому замечанию А. Л. Бертье-Делагарда, не известно [8, с. 83]. Можно привести примеры лишь с общей композиционной основой. К ним относится триконхиальный баптистерий, примыкающий к нартексу базилики в Белове (Болгария) VI в. [56, fig. 2]. Очень близка нашей крещальне внутренняя структура баптистерия "восточной" базилики в Аполлонии (V в., Киренаика, Северная Африка), также имевшая три конхи, прямоугольную западную часть и большую купель в центре (рис. 2) [52, р. 2746-2747, fig. 2). Оба отмеченных памятника, в отличие от крещальни Уваров-ской базилики, примыкали непосредственно к зданию базилики, то есть конструктивно были с ним связаны. По замечанию N. Duval, в Киренаике не было самостоятельных баптистериев [52, р. 2780]. В этом отношении к нашей крещальне ближе баптистерий VI в., расположенный к югу от атриума "мраморной базилики" середины IV в. в Тропеум Треани (Румыния). Он состоял из трех помещений, последнее из которых, наибольшее, имело три конхи и купель (рис. 3) [48, р. 173-177, fig. 60, 2]. Триконхиальный баптистерий с большой купелью в центре находился близ южной стены тетраконхиального храма в Охриде V-VI вв. (Македония) (рис. 4) [66, р. 205, fig. 15]. Подобное расположение, как отмечает D. Piguet-Panayotova, было типично для церквей региона Охрида [66, р. 206]. Крещальня Софии Константинопольской (532-537 гг. ) также была сооружена с южной стороны, причем на уровне западной части основного зала храма, как в Херсонесском и Охридском комплексах (рис. 5) [47, с. 26, рис. 10). Во дворе около крещальни св. Софии обнаружили купель, высеченную в монолите [58, р. 78]. Судя по внушительным размерам (ее глубина - более 1 м) и наличию двух маршей ступеней с противоположных сторон [58, fig. 208], купель предназначалась для крещения взрослых и, скорее всего, располагалась в центре подкупольного пространства крещальни, как и в других рассмотренных памятниках, в том числе и в херсонесском.

В здании херсонесской крещальни помимо центральных западных дверей, в которые входили из прямоугольного притвора, обнаружено еще три изначальных двери с поздними закладами [21, с. 92]. Одна из них вела в огражденное с трех сторон пространство, примыкающее с северо-запада к крещальне и притвору. Другой вход в крещальню находился в южной апсиде. В 1901 г. снаружи перед входом открыли остатки мозаики [21, с. 92], которую отнесли к ранней базилике, якобы предшествовавшей крещальне.

Ошибочность этой точки зрения обстоятельно доказал еще А. Л. Бертье-Делагард [8, с. 80-81]. По уровню залегания и расположению мозаики относительно стен крещальни, он сделал вывод, что она принадлежала "постройке, которая находилась в прямой связи с крещальней" [8, с. 81].

Д. В. Айналов также полагал, что мозаика одновременна крещальне, но считал ее не принадлежностью какого-либо помещения, а мозаичным помостом, идущим вдоль южной стороны крещальни [2, с. 18-19]. При этом он указал на то, что мозаичные кубики данной вымостки отличались от обычных, применяемых внутри помещений, значительно большими размерами (в 4 раза). Об этой же особенности мозаики упоминал и К. К. Косцюшко-Валюжинич, подчеркивая тем самым ее отличие от "более мелкой половой мозаики" в западной прямоугольной части крещальни [22, с. 49]. На сходство последней (по размеру кубиков) с мозаикой Уваровской базилики указывал Д. В. Айналов [2, с. 19].

Попытку определить назначение построек, примыкавших к крещальне, предпринял С. А. Беляев [6]. Исходя из сложной процедуры крещения, включающей подготовку к крещению, собственно крещение и таинство миропомазания, он делает следующий вывод: северная пристройка, которую он считает помещением, предназначалась для подготовки к крещению, а в южной, имевшей мозаичный пол, совершалось таинство миропомазания. Позднее на месте южного сооружения возводят церковь, которая, по мнению автора, сохраняет его функции, и в которой было совершено таинство миропомазания над князем Владимиром (988 г. ). При этом А. С. Беляев считает, что именно эта церковь являлась храмом апостола Иакова, указание на который, как место крещения Владимира, содержится в одной из летописей [6, с. 539].

Однако, трактовка памятника, предложенная А. С. Беляевым, представляется недостаточно обоснованной. Действительно, судя по дверям, изначально предназначенным для сообщения с рассматриваемыми пристройками, последние планировались в комплексе с крещальней, а, следовательно, имели немаловажное значение, о чем писал еще А. Л. Бертье-Делагард [8, с. 86]. Однако, точное определение их назначения вызывает трудности, т. к. в них отсутствуют какие-либо специфические признаки или устройства. Кроме того, в крещальных комплексах, по мнению некоторых исследователей, могли находиться вспомогательные помещения, например, комната, в которой оглашенные ожидали крещения, а также раздевалка, что представляется вполне логичным, поскольку неофиты крестились раздетыми. Так, например, в комплексе баптистерия при базилике в Салоне одну из комнат, имевшую скамьи, E. Dyggve считает раздевалкой. Посредством небольшого коридора она сообщалась с так называемой комнатой ожидания, в которой также зафиксированы скамейки, и залом с купелью [53, с. 195]. По мнению J. Lassus, раздевалка (на плане обозначена № 6) примыкала также к баптистерию при храме-мартирии в Каусье близ Антиохии (рис. 13) [59, р. 32; 60, р. 124, fig. 51], о котором речь пойдет ниже3.

Таким образом, пристройки Уваровской крещальни могли иметь иное назначение, нежели то, которое приписывает им А. С. Беляев. Кроме того, нет твердой уверенности в том, что они являлись помещениями. Судя по отмеченным выше особенностям мозаики, примыкающей к крещальне с юга, не исключено, что здесь мог находиться портик4. Но, даже если согласиться с А С. Беляевым и предположить, что первоначально здесь находилось помещение, предназначенное для ритуала миропомазания, то возникшая впоследствии на его месте часовня, потерявшая связь с крещальней, более чем вероятно, получила совсем иные функции5. К тому же нет никаких оснований утверждать, что данная часовня, с которой А. С. Беляев отождествляет храм апостола Иакова, и в которой якобы проходило таинство миропомазания Владимира, уже существовала в конце X в Она могла быть построена значительно позже, как и большинство однотипных храмиков Херсонеса (Х-ХIIIвв. )[45, с. 245-246].

Проблематично также определение характера и северной пристройки крещальни. Д. В. Айналов, А. Л. Бертье-Делагард, К. К. Косцюшко-Валюжинич считали ее двором 6, а не помещением, на что указывают неправильные очертания ограды [2, с. 18; 8, с. 86; 22, с. 52]. В пользу этой точки зрения свидетельствует также отсутствие каких-либо остатков пола на данной огороженной территории.

Процедура отречения от сатаны, предшествовавшая крещению, обычно проводилась в помещении (catehumenium), расположенном к западу от крещальной комнаты. Оно могло быть небольших размеров и представлять собой притвор (вестибюль), как, например, при баптистерии церкви в Цебельде (вторая четверть VI в. ) [38, с. 166]. Такой притвор имела и крещальня Уваровской базилики, который, вероятнее всего, и был катехумениумом.

Письменные источники не сообщают, совершались ли все три обряда в разных комнатах Кирилл Иерусалимский в своих огласительных поучениях упоминает лишь внешнее помещение баптистерия, где проходил первый обряд [3, с. 508-509; 63, р. 200-201]. Во внутреннем помещении, надо полагать, совершалось само крещение и, скорее всего, миропомазание. Трехчастные баптистерии в древнехристианский период не были обязательны. Большинство крещален состояло из двух или даже одного помещения, о чем свидетельствуют многочисленные примеры, приведенные в каталоге A. Khatchatrian [58, № 11, 12, 15, 16, 18, 27, 38, 39, 108, 111-113, 139-149 и т. д. ]. Таким образом, ритуал крещения не предусматривал обязательное наличие отдельных помещений для проведения каждого из его этапов.

Обряд миропомазания, следующий за крещением, в трехчастных баптистериях проходил в консигнаториуме, непосредственно связанном с крещальной комнатой. В остальных случаях совершался в том же помещении, что и крещение. По мнению многих исследователей, если в крещальной комнате имелась апсида или ниша, именно там и проходило миропомазание [63, р. 201; 53, р. 195-196; 57, р. 32]. Примерами могут служить, кроме уже упомянутых, баптистерии V-VI вв. Додеконезских островов (Кос и Родос) (рис. 6; 7) [31, с. 41; 63, р. 201, fig. 2, 3]. В нашей крещальне для данного ритуала, скорее всего, использовалась центральная апсида.

Таким образом, обобщая выше сказанное, можно предложить следующую схему крещального обряда в баптистерии Уваровской базилики. Первый его этап, сутью которого было отречение от сатаны, совершался в прямоугольном притворе, после чего катехумен проходил в главное помещение, где принимал крещение в купели и затем миропомазание в центральной апсиде. Именно в этом случае соблюдалась направленность крещальной процессии с запада на восток, что было глубоко символично и означало движение крещаемого от царства тьмы к царству света.

Баптистерий иного типа находился в комплексе Западной базилики (рис. 8). Функциональное назначение т. н. часовни Б вызвало разногласия среди ее исследователей. В апсиде часовни при раскопках обнаружено десятигранное углубление (0, 74x0, 56 м, глубина 0, 92 м), вырубленное в скале и облицованное плитками белого мрамора; с восточной стороны сохранилась часть мраморной ступеньки [21, с. 62-63]. Первоначально данное углубление рассматривалось как приспособление для хранения ковчега с мощами [33, с. 29]. В более подробном отчете К. К. Косцюшко-Валюжинич, основываясь на мнении "компетентных лиц, преимущественно духовных", пришел к выводу, что это купель, а часовня -крещальня, которая позднее превращена в усыпальницу [21, с. 63]. С этим заключением согласился и А. Л. Якобсон [46, с. 164]. Против выступил С. Ф. Стржелецкий, принимавший углубление за мощехранительницу, что, по его мнению, "очевидно и по положению в апсиде, по размерам, по форме и по сходу... с задней стороны престола" [37, л. 208].

Расположение крещальной купели в апсиде считается характерной сирийской чертой и имеет многочисленные аналогии не только на Ближнем Востоке [58, fig. 27, 38, 39, 49, 61], но также на Балканах (Новэ, Чобан-Дере) (рис. 9 а, б) [29, с. 17; 57, р. 26], в Абхазии (Гантиадская базилика) (рис. 9 в) [39, с. 25]. Небольшие размеры купели, отмеченные в баптистерии Западной базилики, также обычны в ран несредневековых памятниках, в том числе и в указанных выше7. Исследователи различных регионов отмечают общую тенденцию к уменьшению крещальных купелей уже в V и, особенно, в VI в. Зачастую это связывают с все более распространявшимся в этот период обрядом крещения младенцев [60, р. 223-225; 51, р. 642-645; 69, с. 241; 57, р. 31; 29, с. 33; 55, р. 39-45]. Отражение данного процесса можно наблюдать, как представляется, на примере истории комплекса базилики в Сиаге (Siyagha, антич. Nebo) (Палестина), имевшего два разновременных баптистерия (рис. 10) [65, р. 144-150]. Один из них, датируемый 530 г., примыкал к северной стене базилики и имел большую крестообразную купель со ступенями, явно предназначенную для крещения взрослых [65, р. 146, fig. 182]. В конце VI в., а именно в 597 г., с южной стороны базилики соорудили новый баптистерий, на этот раз предназначенный, скорее всего, для младенцев. В его апсиде устроили небольшую купель, надземная часть которой выше уровня пола более чем на половину глубины, составлявшей около 1 м [65, р. 150, fig. 197; 58, fig. 39]. Какие-либо устройства, которые бы позволили войти в купель взрослому человеку, отсутствовали. Не было их и в купели Западной базилики Херсонеса. Небольшая ступень с восточной стороны купели вряд ли могла выполнять эту функцию. Во-первых, учитывая глубину купели, одной ступеньки явно недостаточно для удобного схода внутрь нее, во-вторых, для взрослого неофита устраивались ступени, как правило, с запада [55, р. 55]. Скорее всего, данное приспособление было предназначено для священника, совершавшего ритуал.

Не может быть препятствием для признания в часовне Б крещальни также последняя из перечисленных С. Ф. Стржелецким особенность углубления, то есть его форма. Очертания древнехристианских купелей не подчинялись строгому канону и отличались достаточно большим разнообразием, что отражено, в частности, на планах, приводимых A. Khatchatrian [58]. Близкой нашей купели по форме была, например, купель мартирия в Ресафе (восьмигранная), кстати, также расположенная в апсиде (эпоха Юстиниана I, Северная Сирия) [58, fig. 27].

Как уже отмечалось, в раннесредневековый период нередки баптистерии, состоящие всего лишь из одного помещения. Церемония крещения новорожденных не требовала длительной катехической подготовки и не имела прецессионного развития. Весь ритуал вполне мог совершаться в рамках одной комнаты, примером чему служит и наш памятник. Его расположение с северо-востока по отношению к храму также имеет многочисленные примеры (рис. 2; 6 б; 9 б) [58, fig. 21, 27, 160-163, 166, 218-220 и др. ]. Таким образом, ничто не противоречит тому, чтобы считать часовню Б при Западной базилике крещальней.

Небольшие размеры имела и купель баптистерия при Базилике в базилике. При доследовании памятника под руководством С. Г. Рыжова в 1972-1974 гг. в восточной стене помещения с мозаикой, синхронного ранней базилике, под более поздними кладками обнаружили нишу, несколько выступающую внутрь помещения [34, л. 16, рис. 33]. По мнению С. Г. Рыжова, эта ниша служила купелью, а помещение № 6, комната с запада для церемонии оглашения и комната с востока для миропомазания составляли баптистерий [35, с. 294]. Весь этот комплекс, по реконструкции С. Г. Рыжова, отделялся от северного нефа базилики узким коридором (рис. 11).

Расположение крещального комплекса с северной стороны церкви встречается достаточно часто в древнехристианских памятниках. Примером могут служить боснийские церкви V-V! вв. с баптистериями явно прецессионного типа (рис. 12) [49, с. 138]. Купель во всех случаях находилась в центре среднего помещения и по всем признакам предназначалась для крещения взрослых [49, с. 98, 102, 105-106]. В херсонесском же баптистерии купель располагалась в нише, в центре восточной стены, не имевшей прохода в следующее восточное помещение, литургическая связь с которым, следовательно, не была предусмотрена. Предположение о том, что во время обряда в восточное помещение проходили из крещальной комнаты через коридор, малоубедительно. Как правило, в баптистериях процессионного типа помещение для миропомазания находилось в прямой связи с комнатой, в которой располагалась купель. В рассматриваемом случае конструктивно такая связь была вполне возможна, поскольку комнаты разделяла одна стена. Однако, судя по всему, в этом не было необходимости, так как восточное помещение не являлось консигнаториумом и имело, скорее всего, иные функции. Известны баптистерии, в которых комнаты с купелью в нише являлись либо единственными, либо конечными в крещальном комплексе (рис. 13-15), а, следовательно, миропомазание в них осуществлялось рядом с купелью сразу после крещения. Аналогичный обряд совершался и в крещальне херсонесской Базилики в базилике. Расположение купели в нише наиболее характерно для сирийских памятников [51, р. 648-649]. Одним из многочисленных примеров является баптистерий V в. при мартирии св. Бабилы (381 г. ) в Каусье, вблизи Антиохии (рис. 13) [59, р. 29-34; 60, р. 123-124]. Встречаются такие купели также в Греции, например, при базилике музея в Филиппах VI в. 8 (рис. 14 а) [68, р. 403], в баптистерии середины VI в. базилики в Дионе (сер. V в. ) (рис. 14 б) [69, р. 235-239]. Наиболее близкой аналогией херсонесскому баптистерию по форме и месторасположению купели являются крещальни хисарских базилик V-VI вв. № 8 и № 4 б в Болгарии (рис. 15) [41, с. 18-20; 61, р. 2525-2526]. Купели в нишах известны и в других памятниках, расположенных на территории Болгарии [44, с. 111]. Как правило, купели в нишах не имели ступеней даже в тех случаях,когда их глубина была значительной 9.
_______

1 Для сравнения укажем, что A. Khatchatrian включил в свой каталог (1962 г. ) 418 памятников [58, р. 61-146).
2 О хронологии житийных событий см.: [42, с. 546-549; 1, с. 52-53; 15, с. 179-188].
3 Маленькую комнату № 5, смежную с раздевалкой, исследователь определяет как отхожее место, поскольку в ней находилась канализация.
4 Вымостку из небольших плиток (opus sectile) имели, например, портики храма в Каусье [59, с 18, 22, 23].
5 По мнению А. Л. Бертье-Делагарда, "позднейшая" часовня была надмогильной [8, с. 81].
6 По мнению К. К. Косцюшко-Валюжинича, данная территория, на которой обнаружены две могилы,
7 Купель баптистерия при базилике около с. Чобан-Дере, сложенная из 4 отесанных каменных блоков, имела в диаметре 62 см, ее глубина - 71 см. Купель при базилике в Новэ имела глубину около 45 см. Глубина купели Гантиадской базилики составляла 30 см.
8 Купель расположена в нише восточной стены южного помещения баптистерия, примыкающего к северной стене базилики.
9 Например, общая глубина бассейна баптистерия при мартирии в Каусье достигала 1 м [60, р. 218]. Купель, целиком занимавшая апсиду баптистерия при базилике в Дар-Ките, была опущена ниже уровня пола на 1, 26 м [60, р. 223].

Далее>>



Copyright © 2003 "Древнее золото Крыма".