| В связи с этим возможность
входа в такую купель и выхода из нее взрослого
человека, учитывая торжественность обряда, представляется
затруднительной [60, р. 218-224]. Данная особенность
позволяет предположить, что купели рассматриваемого
типа, к которым относится и купель Базилики
в базилике, предназначались, скорее всего, для
крещения младенцев.
Для крещения детей, вероятно, служил и резервуар
в юго-восточном помещении при Базилике 1935
г. (рис. 16, А). Эта часть комплекса была открыта
в 1949 г. Г. Д. Беловым [4, л. 17; 5, с. 274].
Он высказал мнение о том, что здесь находилась
крещальня. Расположение баптистерия с юго-востока
от церкви часто встречается В раннесредневековых
памятниках [57, р. 31; 40, с. 194]. Купель Базилики
1935 г., примыкающая к восточной стене, оыла
сложена из кирпичей на цемянковом растворе,
изнутри ее поверхность тщательно выровнена,
внутренние размеры составляют 0, 85x0, 85 м
(рис. 17) [4 с. 17; 5, с. 275, рис. 17]. Ей
близка по типу купель баптистерия при церкви
поселения на холме Кракра близ г. Перник V-VI
вв. (рис. 18) [27, с. 108, 115]. Обе они имели
одинаковую глубину - 0, 6 м. Отличием купели
на холме Кракра являлась ее внутренняя часть,
оформленная в виде четырехлистника.
Помимо рассмотренных, в отечественной историографии
упоминаются еще две крещальни при херсонесских
базиликах. К. К. Косцюшко-Валюжинич и вслед
за ним А. Л. Якобсон считают баптистериями северо-восточные
пристройки базилик № 28 и Восточной (рис. 19;
20), основываясь исключительно на схожести их
расположения с крещальней Западной базилики
[21, с. 63; 46, с. 184]. Д. В. Айналов эти пристройки
называет часовнями-усыпальницами [2, с. 44,
61]. Оба памятника, исследованные в XIX в.,
не сохранились. Северные помещения базилики
№ 28 разрушены при строительстве храма св. Владимира,
пристройки Восточной базилики обрушились в море.
Судя по планам и чрезвычайно кратким описаниям,
они не имели купелей, главного атрибута баптистериев.
К тому же, как видно из фрагмента плана, составленного
по раскопкам Р. Х. Лепера и изданного К. Э.
Гриневичем [10], часовня, примыкавшая к северо-восточному
углу Восточной базилики, была встроена между
базиликой, крестообразной усыпальницей и помещением,
примыкавшим к северному плечу базилики, то есть,
была самой поздней из всех этих сооружений (рис.
20). Как представляется, вероятность того, что
помещения при обеих базиликах были баптистериями,
крайне невелика.
В 1897 и 1902 гг. при раскопках крестообразных
храмов № 19 и Загородного обнаружили помещения
с апсидами, в которых находились резервуары
(рис. 21 а, б). Опираясь на мнение духовных
лиц, К. К. Косцюшко-Валюжинич назвал эти помещения
крещальнями, а резервуары купелями [30, с. 104;
19, с. 33-34]. Предполагалось и то, что крещальней
был также южный придел с небольшой апсидой крестообразного
храма № 27 на центральной площади (рис. 21 в)
[2, с. 56, рис. 42]. Свое твердое несогласие
с данной трактовкой всех этих памятников обосновал
А. Л. Бертье-Делагард. По его убеждению, резервуары
Загородного храма и храма № 19 служили для омовения
рук и культовых сосудов, а помещения, в которых
они находились, являлись дьякониками, так же
как и придел храма № 27 [8, с. 22-24]. Этот
вывод А. Л. Бертье-Делагарда стал общепризнанным
в последующей отечественной историографии. Его
придерживались сторонники как ранней, так и
поздней датировки крестообразных храмов [46,
с. 198, 200; 12, с. 292; 36, с. 487].
В зарубежной литературе, а именно в каталогах
A. Khatchatrian (1962 г. ) и S. Ristow (1998
г. ) приделы с водоемами храмов № 19 и Загородного
фигурируют в качестве крещален V-VI вв. 10
[58, р. 75, № 103, 104; 67, р. 266, № 754-755].
Разные мнения, господствующие в отечественной
и зарубежной историографии, порождены явно недостаточной
информацией, как о самом обряде крещения в древнехристианский
период, так и о рассматриваемых памятниках,
в исследовании которых остается еще ряд нерешенных
проблем. Важнейшей из них является хронология,
имеющая, как представляется, немаловажное значение
и для выяснения характера интересующих нас приделов.
Однако, проблема датировки крестообразных храмов
требует самостоятельного глубокого исследования.
На базе же имеющихся данных более доказательной
выглядит точка зрения, согласно которой помещения
с апсидами при крестообразных храмах являлись
дьякониками, а не крещальнями.
Не со всеми аргументами, приведенными А. Л.
Бертье-Делагардом в защиту этой точки зрения,
можно безоговорочно согласиться. Например, как
уже говорилось, небольшие размеры водоема и
его форма (не крестообразная, а Т-образная,
как в случае с Загородным храмом) вовсе не исключают
вероятность того, что он мог использоваться
в качестве купели. Не были редкостью в раннее
средневековье также баптистерии, в которые входили
непосредственно через церковь (например, баптистерии
при нубийских храмах [55, № 8, 9, 12, 20, 21,
22 и др. ]). Однако, практически все они были
изолированы от алтаря, в отличие от приделов
херсонесских крестообразных храмов, одна из
дверей которых вела прямо в центральную апсиду.
Данный факт может свидетельствовать именно о
служебном характере этих пристроек, доступ в
которые имели только служители церкви.
При решении вопроса о назначении резервуара
в приделе Загородного крестообразного храма
нельзя обойти вниманием отмеченный в отчете
1902 г. "небольшой бассейн снаружи, вырубленный
из цельного камня и перекрытый сводиком"11
[19, с. 34]. Как отмечает К. К. Косцюшко-Валюжинич,
вода из этого бассейна проходила по трубе сквозь
стену в "купель". Судя по фотографии,
размеры бассейна были действительно невелики,
его объем вряд ли превышал, а, скорее всего,
был меньше объема внутреннего резервуара [19,
с. 33, рис. 13; 2, с. 108, рис. 79]. Следовательно,
не было смысла наполнять внешний бассейн, чтобы
потом из него во внутренний резервуар переливать
всю воду, которой, кстати, могло и не хватить
для нужд крещения. Устройство для наполнения
купелей водой встречается в древнехристианских
крещальнях достаточно редко, что объясняется
существовавшим обычаем наполнять купели вручную
[38, с. 167]. Интересно в этой связи отметить,
что купель крещальни при Уваровской базилике
наполнялась водой, которая собиралась в большой
цистерне, находившейся за южной стеной крещальни12
[21, с. 93; 8, с. 86-87]. По предположению А.
Л. Бертье-Делагарда, процесс наполнения купели
частично осуществлялся здесь вручную, поскольку
цистерна не имела выводящей трубы [8, с. 87].
Из внешнего бассейна Загородного храма вода
по трубе поступала во внутренний резервуар,
однако, использовалась она, скорее всего, как
проточная для мытья рук и сосудов. При храме
№ 19 не было подобного устройства, снабжающего
водой резервуар в его притворе, тем не менее,
значительное сходство помещений с водоемами
при обоих храмах свидетельствует об их едином
назначении. Притвор с апсидой имел и храм №
27. Но следов резервуара в нем не обнаружили
[2, с. 56]. Однако, можно допустить, что он
имел то же назначение, что и рассмотренные выше
постройки. Это подтверждается как сходством
их планов, так и типичным расположением относительно
здания храма. Отсутствие же водоема может свидетельствовать
о том, что характер этого придела не требовал
обязательного его наличия, а, следовательно,
он не являлся крещальней. Таким образом, помещения,
о которых идет речь, скорее всего, были именно
дьякониками.
Исходя из имеющихся в нашем распоряжении данных,
можно заключить, что в ранневизантийский период
в Херсонесе возникли и функционировали, по крайней
мере, четыре баптистерия. Один из них, отличавшийся
монументальностью и сложной структурой, входил
в состав епископального комплекса города и предназначался
для проведения наиболее развитой формы обряда
крещения взрослых неофитов. Размеры (диаметр
- 2, 85 м) и глубина (около 1 м) купели крещальни
при Уваровской базилике [21, с. 94; 8, с. 23]
вполне позволяли крещение взрослых через троекратное
погружение. Именно такой способ в древней церкви
считался каноническим, что зафиксировано в 7-м
правиле II Вселенского собора, в огласительных
словах Кирилла Иерусалимского, Феодора Мопсуестийского,
Иоанна Златоуста [11, с. 439; 3, с. 508; 24,
с. 87; 60, р. 224; 51, р. 642; 54, р. 315].
Крещение через обливание допускалось лишь в
исключительных случаях (болезнь, тюрьма, дефицит
воды)13 [3, с. 308; 24, с.
87]. Три других баптистерия находились при приходских
храмах, которыми являлись Западная базилика,
Базилика в базилике и Базилика 1935 г. В них,
скорее всего, проводили ритуал крещения детей,
который в VI в. являлся уже неотъемлемой и привычной
частью приходской жизни. Право совершать этот
обряд епископ передал местным священникам. Таким
образом, из двенадцати известных на территории
Херсонесского городища раннесредневековых церквей
четыре, т. е. каждая третья, были снабжены баптистерием.
Для сравнения укажем, что в Хисарах (Диоклетианополисе)
из 9 известных базилик баптистерии имели две14
[61, р. 2526]. По два баптистерия зафиксировано
и в таких епископальных центрах как Дион [69]
и Апполония [52, р. 2780]. Во Фтиотийских Фивах
помимо баптистерия, расположенного при кафедрале
(IV в. ), в конце V-VI в. возникают еще два
баптистерия при базиликах А и В [64, р. 2487].
Две из трех базилик в Стоби были снабжены крещальнями
[64, р. 2488]. В нубийском епископальном центре
Фарас одновременно два храма имели баптистерии,
в Олд Донголе они обнаружены в трех храмах [55,
р. 66-85, 98-124]. Вообще же в Нубии каждая
четвертая церковь имела баптистерий [55, р.
17].
Однако есть раннесредневековые города, являвшиеся
епископальными центрами, в которых обнаружено
только по одному баптистерию15.
В Царичин Граде (вторая четверть VI в. ) из
восьми церквей баптистерий известен только при
кафедрале16 [20, с. 33]. В
Сандански из шести открытых базилик IV-VI вв.,
одна из которых находилась за стенами, баптистерий
IV-V вв. в виде отдельного круглого здания известен
лишь при епископальной базилике [18, с. 203-204;
44, с. 310-314]. В Одесосе (нынешний г. Варна)
в V-VI вв. баптистерий также зафиксирован только
при одной из шести церквей, большой трехнефной
базилике, расположенной вблизи предполагаемого
центра17. Еще три баптистерия
функционировало при раннесред-невековых храмах,
находившихся в округе города (в радиусе от 1
до 4 км) [28, с. 33-38]. Таким образом, как
показывают примеры, в целом практика устройства
крещален при приходских храмах в V, и особенно,
в VI вв. была широко распространена18,
и в этом смысле Херсонес представлял собой типичный
христианский город.
Все баптистерии Херсонеса использовались достаточно
длительный период. Разрушение комплексов Западной
базилики, Базилики в базилике, Базилики 1935
г., также как и некоторых других храмов западной
части города, относится по нумизматическим данным
к концу X - началу XI в. и, скорее всего, связано
с походом на Херсон русского князя Владимира
(988 г. ) [17, с. 155-160]. В этот период или
несколько позднее значительные перестройки претерпел
комплекс крещальни при Уваровской базилике.
Однако не известно, сохранила ли она свои функции
в дальнейшем. Скорее всего, что к этому времени
в Херсоне необходимость в стационарных баптистериях
уже отпала19, а сам обряд крещения
(теперь практически исключительно младенцев)
был перенесен непосредственно в храм и совершался
в портативных купелях [3, с. 517-519], одна
из которых найдена на городище в 1891 г. [32,
с. 4; 7, с. 50, сн. 4]. Вероятно, данный процесс
был связан с вынесением таинства крещения за
рамки литургии.20 Например, в Палестине это происходит
в VIII в. [9, с. 191]. В Нубии малые купели
появляются со второй половины IX в. [55, р.
45, 61, 115].
Многочисленность баптистериев, функционировавших
в Херсонесе одновременно (с VI примерно по X
вв. ), это результат целенаправленной политики
христианизации, проводимой имперскими властями
и охватившей к этому времени широкие слои местного
населения. Количество баптистериев, также как
и храмов, находилось в прямой зависимости от
численности христиан в каждом районе. Другими
словами, их строительство было обусловлено потребностью
в них, которая росла по мере увеличения христианских
семей, крестивших своих детей теперь в раннем
детстве.
Аналогичные процессы проходили во многих регионах
империи, в частности в Северной Африке, Сирии,
Греции, где также зафиксировано увеличение числа
баптистериев, особенно в VI в. Как правило,
это были небольшие сооружения при городских
и сельских храмах. Монументальные баптистерии
продолжали строить лишь вблизи крупных центров
паломничества и городских кафедралов [52, р.
364; 60, р. 225, 228; 51. р. 643-645; 64, р.
2485-2489]. Эта характерная черта рассматриваемого
периода нашла отражение и в истории раннесредневекового
строительства Херсонеса, превратившегося к этому
времени в крупный христианский центр.
______
10 S. Ristow не исключает датировку
храма № 19 X в. (со знаком вопроса) [67, № 754].
11 До настоящего времени этот
бассейн не сохранился.
12 По подсчетам А. Л. Бертье-Делагарда,
купель вмещала 350 ведер воды, в то время как
цистерна могла поместить 4-5 тыс. ведер [8,
с. 86-87].
13 В условиях, когда исключалась
возможность крещения в баптистерии (во время
болезни креща-емого или его нахождении в тюрьме),
скорее всего, использовали небольшие переносные
купели.
14 Обе хисарские базилики с
баптистериями расположены за крепостными стенами.
Две базилики (№ 1 и № 2) внутри стен сохранились
не полностью [61, fig. 5, 10].
15 Вероятно, наличие в ряде
случаев лишь одного баптистерия, а тем более
полное их отсутствие для епископальных городов
VI в. может объясняться, прежде всего, их археологической
недоисследованностью либо спорностью интерпретации
помещений, входивших в комплекс храмов. Так,
в Никополисе, резиденции митрополита диоцеза
Epirus Vetus, где функционировало шесть базилик,
не отмечено ни одного баптистерия [50, р. 20-29].
D. Pallas предположил, что он мог быть устроен
лишь при кафедрале, и сделал вывод, что вплоть
до конца VI в. право совершать крещение в Никополисе
принадлежало только митрополиту [64, р. 2487].
Однако археологическое исследование города,
как и самого кафедрала не окончено [там же].
Не известны баптистерии и в епископальном центре
Амфиполисе (Восточный Иллирик), где открыто
четыре базилики. Его раскопки также не доведены
до конца [64, р. 2488].
16 Однако не исключено, что
функции крещален могли выполнять небольшие помещения
с апсидами, примыкавшие к нартексам базилики
с трансептом и триконхиальной церкви Царичин
Града [20. с. 110, 136].
17 Храмы и в Сандански, и в
Варне расположены в черте современных городов.
Многие из них не раскопаны до конца, к тому
же сохранились они далеко не полностью [44,
с. 172-173, 310-314; 28, с. 33].
18 Этот процесс хорошо прослежен
также в Риме, где в течение V-VI вв. баптистерии
были добавлены как к новым, так и к старым церквям
[23, с. 119].
19 Это подтверждается отсутствием
специальных баптистериев при херсонесских храмах
X-XIII вв.
20 До этого обряд крещения
был связан с евхаристией [3, с. 515] - сразу
после крещения неофит торжественно входил в
храм, где в обществе других членов общины принимал
свое первое причастие. Такой порядок предусматривал
обязательное наличие отделенного от основной
богослужебной части храма баптистерия, расположенного
е храмовом комплексе. После вынесения ритуала
крещения за рамки литургии такие баптистерии
потеряли свою актуальность, и рассматриваемый
обряд теперь мог проходить внутри храма в свободное
от общественных богослужений время.
<<Назад
СПИСОК
ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. Айбабин А. И. Этническая история ранневизантийского
Крыма. Симферополь, 1999.
2. Айналов Д. В. Развалины храмов // Памятники
христианского Херсонеса. М., 1905. Вып. 1.
3. Алмазов А. История чинопоследований крещения
и миропомазания. Казань, 1884.
4. Белов Г. Д. Отчет о раскопках в Херсонесе
в 1949 и 1951 гг. II НА НЗХТ, Д. 622.
5. Белов Г. Д. Итоги раскопок в Херсонесе за
1949-1953 гг. // СА. 1955. № XXIV.
6. Беляев С. А. Где крестился князь Владимир?
(Предварительное сообщение) // Памятники культуры.
Новые открытия. 1988 год. М., 1989.
7. Бертье-Делагард А. Л. Раскопки Херсонеса
II MAP 1893. № 12.
8. Бертье-Делагард А. Л. О Херсонесе // ИАК.
1907. Вып. 21.
9. Василик В. В Новые материалы по истории канона
и палестинской гимнографии // Традиции и
10. наследие Христианского Востока. Материалы
международной конференции. М., 1996.
11. Гриневич К. Э. Северо-восточные кварталы
Херсонеса Таврического по данным раскопок Р.
Х. Лепера//ХСб.1930. Вып.III.
12. Долоцкий В. И. Чин оглашения в древней христианской
церкви // Христианское чтение. СПб., 1849. Ч.
1.
13. Домбровский О. И. Архитектурно-археологическое
исследование Загородного крестообразного храма
Херсонеса//МАИЭТ.1993.Вып.III.
14. Завадская И. А. Проблемы стратиграфии и
хронологии архитектурного комплекса "Базилика
1935 г. " в Херсонесе // МАИЭТ. 1996. Вып.
V.
15. Завадская И. А. Раннесредневековые храмы
западной части Херсонеса // МАИЭТ. 1998. Вып.
VI.
16. Завадская И. А. Этапы христианизации Херсонеса
// Сходознавство. Київ, 2000. № 9-10.
17. Завадская И. А. Хронология памятников раннесредневековой
христианской архитектуры Херсонеса (по археологическим
данным) // МАИЭТ 2000. Вып. VII.
18. Завадская И. А. О разрушении Херсонеса в
X-XI вв. II Схіний світ. 1999. № 1-2. Київ,
2001.
19. Иванов Т., Серафимова Д., Николов Н. Разкопки
в Сандански през 1960 г. // Известия на археологическия
институт. София, 1969. XXXI.
20. Извлечение из отчета К. К. Косцюшко-Валюжинича
о раскопках в Херсонесе в 1902 г. // ИАК. 1904.
Вып. 9.
21. Кондиh В.. Половиh В. Царичин град. Утвръено
населье у византиjском Илирику. Београд, 1977.
22. Косцюшко-Валюжинич К. К. Отчет о раскопках
в Херсонесе в 1901 г. // ИАК. 1902. № 4.
23. Косцюшко-Валюжинич К. К. Отчет о раскопках
в Херсонесе Таврическом в 1904 г. // ИАК. 1906.
Вып. 20.
24. Краутхаймер Р Три христианские столицы.
Топография и политика. М., 2000.
25. Ладинский А. Церковная археология. СПб.,
1873.
26. Латышев В. В. Жития св. епископов херсонских//ЗАН
1906. №3.
27. Латышев В. В., Кекелидзе К, Житие свв. епископов
Херсонских в грузинской минее // ИАК. 1913.
№49.
28. Любенова В. Селището от римската и ранновизантийската
епоха // Перник. София, 1981.
29. Минчев А. Ранното християнство в Одесос
и околностите му // Известия на народния музей.
Варна, 1986. 22 (37).
30. 29 Мутафчиев П., Господинов Ю. Базиликата
при Чобан-дере, Ески-Джумайско // Извъстия на
Българското археологическо дружество. София,
1920. VII.
31. Отчет заведующего раскопками в Херсонесе
К. К. Косцюшко-Валюжинича за 1897 г. // OAK
за
32. 1897 г. СПб., 1900.
31. Полевой В. М. Искусство Греции. Средние
века. М., 1973.
32. Раскопки в Херсонесе // OAK за 1891 г. СПб.,
1893.
33. Раскопки в Херсонесе // OAK за 1901 г. СПб.,
1903
34. Рыжов С. Г. Отчет о раскопках "Базилики
1889 г. " в 1972-1974 гг. // НА НЗХТ, Д.
1640.
35. Рыжов С. Г. Новые данные о "базилике
в базилике" // Античный мир. Византия.
Харьков, 1997.
36. Сорочан С. Б., Зубарь В. М., Марченко Л.
В. Жизнь и гибель Херсонеса. Харьков, 2000.
37. Суров Е. Г. Отчет о раскопках в северо-западной
части Херсонесского городища в 1963 г. // Отчет
о раскопках объединенной Херсонесской археологической
экспедиции Херсонесского историко-археологического
гос. музея и Уральского гос. университета в
1963 г. НА НЗХТ, Д. 1138.
38. Хрушкова Л. Г Три церкви в горной Абхазии
(раскопки 1977-1979 гг. ) // ВВ. 1982. Т 43.
39. Хрушкова Л. Г. Цандрипш. Материалы по раннехристианскому
строительству в Абхазии. Сухуми, 1985.
40. Хрушкова Л. Г Рец.: Ristow Sebastian. Fruhchristliche
Baptislerien // Jahrbuch fur Antike und Christentum
Erganzungsband 27, 1998. Munster. // BB. 2001.
T. 60 (85).
41. Цончев Д., Маджаров К. Две новооткрити базилики
в Хисар // Археология. 1965. Година VII, Кн.
1.
42. Цукерман К. Епископы и гарнизон Херсона
в IV в. // МАИЭТ. 1994. Вып. VI.
43. Чанева Н. Старохристиянската и ранновизантийската
базилика от IV-VI в. в България // Археология.
1968. Кн. 2.
44. Чанева-Дечевска Н. Ранно-христианската архитектура
в България IV-VI в. София, 1999.
45. Якобсон А. Л. Средневековый Херсонес (XII-XIV
вв. ) // МИА. 1950. № 17.
46. Якобсон А. Л. Раннесредневековый Херсонес.
Очерки истории материальной культуры // МИА.
1959. №63.
47. Якобсон А. Л. Закономерности в развитии
раннесредневековой архитектуры. Л., 1983.
48. Bamea I. Les monuments paleochretiens de
Roumanie. Roma, 1977.
49. Easier D. Architektura kasnoantickog doba
u Bosni i Hercegovini. Sarajevo. 1972.
50. Dimitriadis G. -M. Nicopolis, la capitate
paleochretienne d'Epire // Mesogeios. Mediterranee.
Paris, 2001. 12.
51. Dufay В. A propos du bapteme: I'eveque.
la ville et la campagne. Le cas de la Syrie
// Actes du Xl-e Congres international d'archeologie
chretienne (21-28 septembre 1986). Rome, 1989.
Vol. 1.
52. Duval N. Les monuments d'epoque chretienne
en Cyrenai'que a la lumiere des recherches recentes
// Actes du Xl-e Congres international d'archeologie
chretienne (21-28 septembre 1986). Rome, 1989.
Vol. III.
53. Dyggve E. Le baptistere de la basilica urbana
a Salone d'apres les fouilles de 1949 // Actes
du V-e Congres international d'archeologie chretienne
(13-19 septembre 1954). Paris, 1957.
54. Ermoni V. L'histoire du bapteme depuis I'edite
de Milan (313) jusqu'au concile in Trullo (692)
// Revue des questions historiques. 1898. T.
64.
55. Godlewski W. Les baptisteres nubiens //
Faras. Varsovie, 1979. VI.
56. Grabar A.. Emerson W. The basilica of Belovo
// The bulletin of the Byzantine Institute.
Paris, 1946.
57. Kalinowski Z. Baptistery in the episcopal
basilica at Novae // Novae. Studies and Materials.
Poznan, 1995.
58. Khatchatrian A. Les baptisteres paleochretiens.
Paris, 1962.
59. Lassus J. L'eglise de Kaoussie. Une villa
de Plaisance a Yakto / Reprinted from Antioch-On-The-Orontes,
II. The excavations, 1933-1936. Princeton University,
1938.
60. Lassus J. Sanctuaires Chretiens de Syrie.
Paris, 1947.
61. Madjarov M. Diocletianopolis - ville paleochretienne
de Thrace // Actes du Xl-e Congres interna-tional
d'archeologie chretienne (21-28 septembre 1986).
Rome, 1989. Vol. lll.
62. Megaw A. H. S. Byzantine architecture and
decoration in Cyprus: metropolitan or provincial?
// Dum-barton Oaks Papers. 1974. № 28.
63. Orlandos A. C. Les baptisteres du Dodecanese
// Actes du V-e Congres international d'archeologie
chretienne (13-19 septembre 1954). Paris, 1957.
64. Pallas D. Le baptistere dans I'lllyricum
oriental // Actes du Xl-e Congres international
d'archeologie chretienne (21-28 septembre 1986).
Rome, 1989. Vol. lll.
65. Piccirillo M. The mosaics of Jordan. Amman,
Jordan, 1993.
66. Piguet-Panayotova D. Les tetraconques avec
collateraux dans les Balkans des V-VI siecles
// Jahrbuch fur Antike und Christentum. Munster
Westfalen, 1990. 33.
67. Ristow S. Fruhchristliche Baptisterien II
Jahrbuch fur Antike und Christentum Erganzungsband.
Munster, 1998. 27.
68. ???????????-?????????? ?. ?. ????? ??? ??????????
??? ???????? ??? ???????? ???????? // ????.
1991. ?. 5. ???????????, 1994.
69. ??????? ?. ? ???????????? ???????? ??? ????.
?? ???????????? // ????. 1992/ ?. 6. ???????????,
1995.
ZAVADSKAYA I.A.
BAPTISTERY OF CHERSONESOS
(On the origin of baptistery ceremony in the
early Byzantine period)
Summary
At present there are building remains of four
baptisteries in Chersonesos. All of them were
in the complex with basilicas dating back to
the second half of the 6th - the beginning of
the 7"th' centuries. All in all twelve
churches of this epoch were discovered here.
The baptistery in Uvarov basilica, the cathedral
of the city, was notable for monumental and
complicated structure (Fig. 1, II). Judging
by the size and location of the font, it was
intended for baptising adults. The opinion of
S. A. Belyaev on the functional purpose of constructions
being a part of the baptistery complex (6) were
revised and, basing on analogies, a different
scheme of baptistery ceremony was proposed in
this article. It first stage (renouncement of
the devil, etc.) was performed in rectangular
vestibule, then a catechumen went to the main
premises, where he was baptised in the baptismal
font and then anointed in the central apse.
Three other baptisteries were in parochial churches.
In contradiction to the baptistery of Uvarov
basilica, which was an independent construction,
those were placed in the premises, attached
right to the building of the basilica (Western,
Fig. 8; Basilica in basilica, Fig. 11; Basilica
of 1935, Fig 16, A). These baptisteries had
small fonts. Most likely, the ceremony of baptizing
babies took place there. This ritual became
widespread in the Christian world in the 6th
century. The increase in number of baptisteries
in this period is observed in many regions of
the Empire, namely in Thrace, Greece, the Near
East, Northern Africa.
In this article we also touch the problem of
the purpose of the premises with apse added
to cross-shaped church of Chersonesos (Fig.
21) (Zagorodny, with shrine N 19, N 27). These
chapels of Zagorodny church and church N 19,
which had water reservoir in the apse, are included
into the catalogues of baptisteries by A. Khatchatrian
(1962) and S. Ristow (1998). In our historiography
the opinion that these chapels of cross-shaped
churches were diakonikons prevails. Just this
point of view seems to be the best founded
All the baptisteries of Chersonesos had been
in use for rather a long period. The destruction
of the complexes of the Western basilica, Basilica
in basilica, Basilica of 1935 is dated back
to the end of the 10th - the beginning of the
11th centuries. At the same period or a bit
later the complex of baptistery in Uvarov basilica
was reconstructed. Most probably, the ritual
of baptizing was transposed to the church itself
and was performed in portable fonts.
The large quantity of baptisteries, as well
as churches, functioning in Chersonesos (from
about the 6th to 10th centuries) is the result
of purposeful policy of conversion to Christianity
pursued by imperial authorities. By the 6th
century, it took in wide layers of the population
of the city, which turned into a large Christian
centre.
<
Обратно в раздел
|
